Архивная версия сайта
Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации
Карта сайта Лента новостей

Кыргызстан сегодня: тревожные предчувствия

АКАЕВ Аскар Акаевич – иностранный член РАН, профессор.

Кыргызстан сегодня: тревожные предчувствия

Вспыхнувшее в Кыргызстане в апреле 2010 года народное восстание в одночасье смело режим Бакиева и положило начало новому этапу в постсоветской истории республики. Группа политиков во главе с Р. Отунбаевой, воспользовавшись этим, самозвано объявила себя Временным правительством. Зная об опасности, оно не позаботилось о предотвращении кровавых межэтнических столкновений на юге республики. Конфликт унес не одну тысячу человеческих жизней и причинил огромные материальные разрушения. Действуя волюнтаристски, «временщики» в условиях чрезвычайщины навязали стране национальный референдум и торопливо протащили на нем новую Конституцию, объявившую не готовый к такому крутому повороту Кыргызстан парламентской республикой. Вслед за этим 10 октября 2010 года состоялись парламентские выборы. Их крайне противоречивые результаты вызывают большие сомнения в способности нынешней власти обеспечить обещанные перемены к лучшему. Кризис нарастает и грозит приобрести необратимый характер. На карту поставлены судьба страны, сохранение ее территориальной целостности, национальное выживание.

За последние пять с половиной лет Кыргызстан вследствие безостановочно следовавших друг за другом внутриполитических неурядиц стал в мире чуть ли не пугалом. Между тем эксперты, пристально наблюдающие за обстановкой в Центральной Азии, хорошо знают, что на первом этапе постсоветского развития в течение почти полутора десятилетий республика признавалась образцом устойчивого развития и считалась «островком демократии» в регионе. Географически далекая от мировых центров силы, относительно слабая в экономическом отношении, небольшая центральноазиатская страна становилась все более заметной в мировом сообществе. Ситуация изменилась 24 марта 2005 года, когда в Бишкеке произошел государственный переворот, совершенный под прикрытием лозунгов «тюльпановой» революции. Она стала третьей в серии «цветных» революций, произошедших ранее в Грузии и на Украине.

Будучи в то время президентом Кыргызстана, я это хорошо знал, но все же не верил, что злобная заокеанская волна захлестнет республику с такой силой. Авантюристический замысел Вашингтона, похоже, состоял в том, чтобы сделать Кыргызстан испытательным полигоном для продвижения демократии по американским сценариям на всей территории Центральной Азии. В те времена в «мозговых центрах» США еще не отдавали себе отчета в том, что эта линия будет разоблачена и нанесет серьезный моральный ущерб американским интересам в мире. Попытки насаждения демократии извне – под влиянием событий в Грузии, на Украине и в Кыргызстане – воспринимаются ныне как прямая угроза стабильности и благополучию стран, попавших под американский демократический каток. Нынешнее «революционное затишье», однако, еще не предвестник отказа Вашингтона от подрывных действий в постсоветском мире. Мои наблюдения и оценки на этот счет изложены в исследовании «Затаившаяся угроза: “цветные” революции не ушли в прошлое»[1].

 Следы ведут к марту 2005 года

При анализе событий, произошедших в Кыргызстане в 2010 году, обращает на себя внимание их стремительность. За рекордно короткие три с половиной месяца после апрельского народного восстания Временное правительство разработало проект новой Конституции и провело с целью его одобрения 27 июля общенациональный референдум. Спустя два с небольшим месяца состоялись парламентские выборы. Таким образом, всего лишь за полгода в республике в условиях чрезвычайщины, методами прессинга со стороны «временщиков» была коренным образом перестроена система государственной власти: страна из преимущественно президентской превратилась в парламентскую республику. Почему же «временщикам» удалось все это сделать за столь короткий срок? Без обращения к событиям 2005 года не обойтись.

Р. Отунбаева и большинство в сложившейся вокруг нее в апреле 2010 года группе «новоприщельцев во власть» были непосредственными участниками или активными сторонниками государственного переворота 24 марта 2005 года[2]. Непримиримой оппозиции удалось тогда сравнительно легко взять власть не потому, что она опиралась на поддержку общества в силу притягательности ее программных целей. Все ее идейное богатство сводилось к призыву «Кетсин (долой)!» Главное состояло, пожалуй, в моем отказе как главы государства во имя сохранения власти отвечать на насилие насилием, применять оружие против воинственно настроенной толпы, собравшейся на центральной площади столицы и пошедшей по призыву главарей на штурм Дома правительства. Чтобы не обагрить свои руки кровью соотечественников, я, отдав приказ «Не стрелять», предпочел уйти в отставку. Р. Отунбаева была основным идеологом «тюльпановой» революции, и легкая победа в марте 2005 года подогрела ее самомнение. Как мне кажется, это во многом обусловило ее последующий разрыв с Бакиевым. В апреле 2010 года, когда представился случай, Р. Отунбаева не упустила возможности самолично возглавить движение с целью окончательного устранения своего бывшего босса с политической сцены.

Бакиев по контрасту со мной не собирался уходить без боя. Он не раз заявлял о готовности в случае необходимости самому взять в руки автомат Калашникова. Был отдан приказ стрелять по демонстрантам. Погибли более 80 человек. Политический пожар из Бишкека по прямой вине хорошо знавших об опасности отунбаевских «временшиков» перекинулся на юг республики и приобрел характер кровавого межэтнического конфликта. К бишкекским жертвам добавилось около двух тысяч человеческих жизней на юге. Новая власть горевала недолго. Главное дело было сделано. Политическое поле расчистилось. На нем в результате многоходовки в качестве нового президента Кыргызстана стала возвышаться фигура Р. Отунбаевой. Шлейф из двух крутых поворотов в постсоветской истории республики, связанных со сменой главы Кыргызского государства, сопровождавшихся кровью, жертвами, огромными материальными разрушениями, экономическими и социальными неурядицами, потерей в обществе демократических и гуманистических ориентиров, – такова цена, которую пришлось платить народу за ее приход на высший государственный пост Кыргызстана.

Впервые говорю обо этом открыто, не прибегая к политически корректным формулировкам, только чтобы подчеркнуть: события, подобные государственному перевороту 24 марта 2005 года, не проходят бесследно, они надолго оставляют болезненные шрамы в жизни общества. Будучи глубоко антидемократическими и антиконституционными по своей глубинной сущности, они порождают представление о вседозволенности при решении ключевых вопросов государственной жизни, допустимости использования революционного насилия, безнаказанности за волюнтаристские действия.

Кто осужден – пусть не судом, но хотя бы общественным мнением – за организацию в марте 2005 года в Кыргызстане антиконституционного государственного переворота? Таковых нет. Наоборот, инициаторы и организаторы государственного переворота были вознесены на высшие государственные посты, надели тогу национальных героев. Куда заведут Кыргызстан его нынешние ключевые лидеры с их сомнительными демократическими убеждениями, если политически и нравственно они порождены госпереворотом? В той же мере моя озабоченность распространяется на продолжающуюся связь политического руководства республики с заокеанскими организациями, преследующими в республике собственные цели и не останавливающимися при их осуществлении перед методами свержения законной власти, сознательного внесения в национальную жизнь элементов хаоса. Ныне подобные явления принято именовать «управляемым хаосом». Управляемым, разумеется, из-за океана.

Речь новоявленного президента Кыргызстана Р. Отунбаевой на первой сессии нового состава национального парламента 10 ноября 2010 года не может не привлечь внимания[3]. Разумеется, она была торжественной, напоминала звон фанфар. С высокой трибуны говорилось о совершившихся в стране судьбоносных политических переменах, святых обязанностях народных избранников, неоспоримых успехах Временного правительства, стремлении республики в скором времени войти в число развитых стран мира и т. д. и т. п. – вполне предсказуемый набор для выступления в подобных случаях главы государства. Вместе с тем бросилось в глаза выражение: «Жизнь сама даст оценку, приемлемо ли для нашего общества парламентское правление». Значит, в этом не убеждена сама Р. Отунбаева. Получается, и отношение общества к столь крутому повороту в государственной жизни остается под большим вопросом. Когда жизнь даст ответ? Через пять–десять–двадцать лет? Над народом Р. Отунбаева и ее соратники, похоже, ставят эксперимент с непредсказуемым результатом. Навязанный Кыргызстану парламентаризм выглядит чистейшей воды авантюризмом.

И еще одна деталь. Красной нитью в речи Р. Отунбаевой проходит мысль о Великом Кыргызском Кочевье. «Великое Кыргызское Кочевье, – провозглашает она, – открывает в своей истории новую страницу». Вряд ли кто-то сомневается в моих познаниях в отношении многовековой кыргызской истории. Действительно, кочевой период – это светлое историческое достояние, оставленное нашими предками. Однако при движении в будущее, не забывая о прошлом, следовало бы прежде всего ориентироваться на современный фундамент, который наша страна создала в годы суверенного развития. Преуменьшать значение и прочность этого фундамента, построенного в республике коллективными усилиями многонационального сообщества, было бы не чем иным, как преступлением перед гражданским подвигом нашего народа. Движение вперед с повернутой назад головой вряд ли приведет к великой цели.

Первый блин комом…

В политической практике одинаково опасны как забегание вперед, так и откат назад, как говорится: «хрен редки не слаще». Курс Бакиева на закрепление в стране семейно-клановой системы управления по средневековому ханскому типу, как известно, обернулся народным восстанием с разрушительными последствиями для национальной жизни. Каким предвидится отунбаевский период? Первый его этап, связанный с деятельностью возглавленного ею Временного правительства, оставил за собой кровь, жертвы, множество государственных рытвин и политических ухабов.

Главным своим достижением Р. Отунбаева считает переход республики к парламентской системе власти. Успешных примеров функционирования парламентаризма в современном мире предостаточно. Преимущественно они относятся к развитым странам с чуть ли не веками упорядоченной системой государственного управления. В связи с этим уместно обратиться к начальным шагам республики по пути парламентаризма. Речь идет об избрании нового депутатского корпуса. Сами выборы, состоявшиеся 10 октября 2010 года, международными наблюдателями были признаны открытыми, прозрачными, честными, обошедшимися без фальсификаций при подсчете голосов. Хотя бы эта сторона дела не вызывает сомнений.

Что касается итогов, то из 29 политических партий, выставивших своих кандидатов, избирательный барьер в 5 процентов преодолели пять партий: «Ата-Журт», Социал-демократическая партия, «Ар-Намыс», «Республика» и «Ата-Мекен». В общей сложности они набрали 36,3 процента голосов избирателей, в то время как на долю остальных партий, оставшихся за бортом парламента, выпало 63,7 процента голосов. Для сравнения: на состоявшихся 22 ноября 2010 года парламентских выборах в Молдавии четыре партии, ставшие победителями, собрали 91,4 процента голосов избирателей. Избирательный барьер в 4 процента не преодолели партии, собравшие лишь 8,6 процента голосов.

В Кыргызстане по итогам октябрьских выборов сложилось противоестественное в парламентской практике соотношение одной трети к двум третям между партиями-победителями и партиями-аутсайдерами. В итоге новый состав парламента нельзя считать опирающимся на общенациональное волеизъявление, то есть представительным в общепринятом понимании этого термина. Почти две трети избирателей лишены права иметь в новом составе парламента своих избранников. Такая парламентская конфигурация и основанная на ней система государственной власти изначально предвещают неустойчивость. В самом Кыргызстане, придавленном чередой политических неурядиц и социально-экономических трудностей, а также в международном сообществе, уставшем от малопонятной кыргызской чересполосицы, произошедший перекос, похоже, воспринимается как свершившийся политический факт, с которым в силу необходимости придется смириться. Однако вынужденное смирение весьма обманчиво.

Как мне кажется, наибольшую опасность для нынешней политической жизни республики представляет такое обстоятельство: в ней не определилась ведущая политическая сила, способная взять на себя ответственность за судьбу страны. Не появилось общенационального лидера, пользующегося широким доверием общества. Голоса между партиями-победителями распылились в диапазоне от 8,5 («Ата-Журт») до 5,5 процента («Ата-Мекен»). В мире нет, пожалуй, ни одной страны с парламентской системой власти, в которой в числе победителей не было бы партии, завоевавшей хотя бы половину голосов избирателей, а в своей совокупности прошедшие через избирательное сито партии не опирались бы на подавляющее большинство электората.

Итоги ноябрьских выборов в Молдавии считаются с точки зрения политической стабильности неудачными, потому что ни у одного из претендентов там не выявилось большинства. Оказавшаяся на первом месте партия получила лишь 40,5 процента голосов избирателей. В нашем же случае первое место заняла партия лишь с 8,5 процента голосов. Тревожно в Кыргызстане и другое. На первое место среди «победителей» вышла партия, считающаяся чуть ли не представительницей интересов сметенного народным восстанием экс-президента Бакиева, а внизу – по контрасту – оказалась партия, лидер которой (О. Текебаев) претендовал на роль идеолога в движении страны к парламентаризму. Именно он возглавлял комиссию, которая подготовила новый (парламентский) вариант Конституции республики.

В незавидной роли оказалась и Р. Отунбаева как президент переходного периода. В сложившихся условиях ей приходится «делать хорошую мину при плохой игре». Итоги парламентских выборов нельзя не признать ее полным провалом. Они показали, что по вине «временщиков» страна оказалась политически расколотой и раздробленной, потеряла сформированные еще на первом этапе ее суверенного развития ориентиры устойчивого движения вперед. За короткое время Р. Отунбаева, особенно после кровавых событий на юге, сумела растерять кредит доверия, который в критических условиях ей предоставило общество. Возглавленное ею Временное правительство не оставило за собой каких-либо заметных созидательных дел, а ее курс на парламентскую республику в конечном счете оказался оторванным от реалий жизни и завершился независимым результатом, который создает проблем больше, чем их решает. Но иного пока не дано. В таких случаях приходится, согласно пословице, признавать: «на безрыбье и рак рыба». Не сомневаюсь в добрых намерениях Р. Отунбаевой, но, как известно, благими намерениями вымощена дорога в ад, а не в рай.

Есть ли выход?

Безвыходных ситуаций, как известно, не бывает, когда речь идет о проблемах, подвластных человеческой воле. Даже после кровопролитных войн наступает мир и люди возвращаются к привычной жизни, созидательной деятельности. Бывают, правда, и такие случаи, когда из политической турбулентности всплывают фигуры диктаторов. В нынешнем Кыргызстане даже самый «грозный» генерал Ф. Кулов вряд ли возьмет на себя роль диктатора. Страна не та и времена другие.

После государственного переворота 2005 года бакиевская команда была больше занята не заботой о жизни людей и их социальном самочувствии, а междоусобной борьбой за власть, за монополию на партийно-политическом и информационном поле, за раздел и передел в свою пользу национального достояния. Не удержалось от этого и отунбаевское Временное правительство: «куда конь с копытом, туда и рак с клешней». При «временщиках» страна еще больше скатилась вниз, попала в состояние энергетического и продовольственного кризиса, оказалась на пороге экономического краха.

Синоптики предсказывают для Кыргызстана холодную зиму. По-видимому, она будет и голодной. Республика осталась практически с пустой казной и потому полностью зависит от срочной международной помощи. По мнению экспертов Всемирного банка, дефицит бюджета в 2010 году составит 335 миллионов долларов, местные же эксперты полагают, что он будет по крайней мере в два раза больше. В целом неотложные потребности страны сегодня составляют 1 миллиард долларов, а внешний долг страны достиг 2,6 миллиарда долларов. С 2005 года вследствие перманентного политического кризиса экономика Кыргызстана имеет устойчивую тенденцию к стагнации, что порождает серьезные проблемы в социальной сфере. За чертой бедности находится более 40 процентов населения, и этот показатель продолжает возрастать.

Оказавшаяся у власти группа «временщиков» показала свое полное бессилие и некомпетентность не только в управлении экономикой и государственном строительстве. На ее совести взрыв межэтнического насилия на юге республики в июне 2010 года, приведший к гигантским жертвам и материальным разрушениям. Р. Отунбаева оказалась неспособной проводить активную и эффективную политику по примирению и консолидации двух южных общин. Оставшиеся метастазы предвещают повторение межэтнических конфликтов в будущем.

Катастрофически возрос исход из республики не только узбеков и русских, но и коренных кыргызов, напуганных возрастанием межнациональной напряженности и резким снижением уровня жизни, особенно по сравнению с первым четырнадцатилетним этапом развития суверенного Кыргызстана. Напряженность в межнациональных отношениях встала ныне в один ряд с возникшими после 2005 года социально-экономическими бедами.

В современных условиях внутренняя стабильность стран, находящихся в переходных условиях, может основываться, с моей точки зрения, на трех главных опорах:

-       устойчивое движение к демократии;

-       ощутимый социально-экономический прогресс, особенно с учетом интересов простых людей;

-       достижение и укрепление межнационального мира и согласия.

Ни в одной из этих областей нынешняя власть в Кыргызстане не добилась перемен к лучшему. Торопливый переход к парламентаризму, как оказалось, был обществу навязан. Проявившийся в ходе парламентских выборов перекос предвещает для республики новые потрясения. Регресс в экономике наносит прямой удар по интересам большинства людей. Терпение народа имеет свои пределы. А возрастающий исход из республики наиболее дееспособной и активной части населения грозит национальной бедой.

И наконец, на сегодня в республике нет и не предвидится общенационального лидера, который свел бы воедино все направления и потоки государственной и общественной жизни, направил бы страну к ясной цели, воодушевил бы для этого молодежь и другие слои населения. Для осуществления задач подобного масштаба требуются фигуры, наделенные не только государственной мудростью, дальновидностью и другими высокими личными достоинствами, но и необходимыми конституционными прерогативами. Навязанная стране парламентская система в силу существовавших в республике особенностей заранее отсекает появление внутри нее личностей, способных взять на себя и осуществить коренные реформы и перемены. Роль же президента по новой Конституции является больше виртуальной, чем реальной. Напрашиваются новые конституционные перемены. Они будут болезненными. Нынешняя власть постарается помешать этому процессу, но без этого не обойтись. В этом и состоит один из ключевых вариантов выхода страны из тупика.

Жить своим умом, опираться на друзей

В свое время, описывая характер бакиевской внешней политики, я запустил в политический обиход термин «флюгерная дипломатия»[4]. Известный кыргызский политолог профессор А. Князев придал ему более образное выражение: «и нашим, и вашим за пятак спляшем». Возникли, к сожалению, опасения, что по бакиевскому пути во внешней политике может пойти и нынешнее кыргызское руководство. На этот счет появились сомнительные высказывания, стала очевидной размытость внешнеполитических приоритетов. В выступлении президента Р. Отунбаевой на первой сессии вновь избранного парламента зазвучали скользкие мысли о внешних деструктивных силах, которые разожгли конфликт на юге страны, внешних угрозах, о попытке при поддержке извне совершить переворот… Намеки и полунамеки создают почву для различного рода домыслов. Что это за силы и какие цели они преследуют? От конкретики Р. Отунбаева уходит…

Опора на внутренний потенциал является альфой и омегой в государственной политике любой страны. На этом строилась моя политика как первого президента Кыргызстана на начальном этапе нашего суверенного развития. Вместе с тем ни одно государство в современном мире, даже такое мощное, как США, не может успешно развиваться без опоры на союзников и друзей. Примером тому является хотя бы американское участие в НАТО, Азиатско-Тихоокеанском Сотрудничестве и т. д. По собственному опыту президентской деятельности хорошо знаю, что без опоры на Россию на постсоветском этапе нашей истории Кыргызстан вряд ли мог бы состояться как суверенное государство, которое по вине Бакиева и его «тюльпановых» сподвижников предстало ныне перед национальной катастрофой.

Кыргызов связывает с Россией многовековая история, в которой практически не было «темных» страниц. Можно вспомнить, например, 1785 год, когда наши мудрые предки обратились к императрице Екатерине Великой с просьбой принять кыргызов в русское подданство. Двумя годами раньше такая просьба последовала от грузинского царя Ираклия II. Если кыргызы и грузины как нации исторически сохранились и ныне живут в своих национальных государствах, то благодарность за это должна восходить к России. К моему удовлетворению, ориентир на Россию как наиболее надежного друга и союзника прочно живет в кыргызском национальном сознании.

Если бы сегодня был объявлен референдум о вхождении республики в состав России или о создании с ней союзнической федерации (конфедерации), то большинство кыргызов проголосовали бы за такую идею. Более того, успех на парламентских выборах таких партий, как «Ар-Намыс» (Кулов) и «Республика» (Бабанов), во многом был обусловлен их открытой пророссийской ориентацией. Избиратели в своем большинстве голосовали за дружбу с Россией, укрепление и углубление с Москвой союзнических отношений. Думается, неудача на выборах партии «Ата-Мекен», которой пророчили весьма высокие результаты, была во многом связанной с недружественными высказываниями ее лидера О. Текебаева в отношении России и ее государственного руководства. Эта зарубка на его политической репутации сохранится надолго.

Внешняя политика, как известно, относится к сфере общенациональных интересов. Все партии, действующие на политическом поле, в силу необходимости вынуждены находить в ней консенсус. Другими словами, личные симпатии и антипатии отдельных политиков к некоторым странам должны отступать перед общенациональными интересами. Со всей откровенностью скажу, что я обеспокоен позицией президента Р. Отунбаевой в отношении России. В общественном сознании вряд ли случайно сложилось мнение о ее проамериканских настроениях. Нельзя не признать аномальным положение, когда позиция подавляющей части населения, придерживающегося ориентира на Россию, может не совпадать с таковой главы государства, смотрящей в иную сторону, независимо от того, корыстными или бескорыстными мотивами такая позиция продиктована.

Высказывая свои опасения относительно проамериканской позиции некоторых фигур в нынешнем руководстве Кыргызстана, я вовсе не призываю немедленно прикрыть американскую базу «Манас» на территории республики. Эта база является важной частью глобальной инфраструктуры, созданной для борьбы с главным очагом терроризма, все еще сохраняющимся в Афганистане. Предстоящий уход американцев оттуда должен означать одновременное закрытие и базы «Манас». Куда важнее, чтобы американцы ушли из нашей внутренней жизни. Достаточно того, что они грязно наследили своим активным участием в государственном перевороте 2005 года, тяжкие последствия чего наше общество еще долго будет испытывать. Согласно имеющейся информации, американские эксперты сыграли также важную роль в разработке новой Конституции, провозгласившей создание в Кыргызстане парламентской республики, идеология которой, как показали итоги выборов, отторгается народом. Не есть ли это новый государственный переворот? Американский «пряник» кажется поначалу сладким, да послевкусие от него надолго остается горьким. Я не буду уставать повторять: «бойтесь американцев, беду приносящих».

Представляется, что в сложившихся ныне условиях императивом в кыргызской внешней политике становится возвращение к принципам, сложившимся в результате широкого общественного обсуждения на первом этапе нашей современной государственности. Россия, соседи Кыргызстана по региону, другие дружественные страны на постсоветском пространстве должны и впредь оставаться главным приоритетом. Кыргызстан с ними связан извечной жизнью на единой евразийской земле, исторической судьбой, длительным проживанием в Общем доме, каким для нас являлся Советский Союз, крепкими многовековыми духовными связями. Мы были, есть и навсегда останемся, по выражению известного политолога Н. Верта, «социумом общей судьбы»[5].

Мощный социально-экономический и культурный взлет большинства советских союзных республик, ныне независимых государств, в те годы во многом обеспечивался за счет России, темпы развития которой порой существенно отставали от темпов развития окраинных республик, в том числе Кыргызстана. Было бы фарисейством говорить о колонизации Россией евразийских земель на Западе и Востоке. Попытки похоронить СНГ и другие межгосударственные организации, созданные после распада СССР, противоречат коренным интересам наших народов. И в данном случае следы снова ведут за океан.

В свое время, проанализировав наш многовековой исторический путь, я сказал: «Россия дана нам Богом и историей». Призываю своих соотечественников никогда об этом не забывать. Ориентир на Россию – одна из ключевых гарантий преодоления нынешнего кризиса, выхода республики из надвигающегося исторического тупика.

Объединиться, чтобы спасти Отечество

Изучая труды великого российского ученого и мыслителя Льва Гумилева, я навсегда запомнил его призыв «Объединиться, чтобы не исчезнуть»[6]. Он был провозглашен летом 1991 года, когда во времена перестройки в Союзе возникли большие социально-экономические трудности, в ряде регионов вспыхнули межнациональные пожары, страна начала трещать по швам. Л. Гумилев хорошо понимал нависшую тогда над советским многонациональным государством опасность. Августовский 1991 года путч оказался фатальным для судьбы Союза. Не сумели вовремя сплотиться во имя его сохранения, организовать противостояние разрушительным силам – потеряли нашу общую страну.

Некоторую аналогию тем событиям двадцатилетней давности можно проследить и в сегодняшней жизни Кыргызстана. Октябрьские парламентские выборы, хоть и проведенные, похоже, на демократической основе, не снимают опасений. Они лишь высветили степень существующей угрозы, уровень внутриполитической разобщенности как питательной среды для паразитирования на ней сил, вынашивающих геростратовские планы.

Коалиция из партий, ставших в Кыргызстане победителями на выборах при наличии у нее в парламенте большинства, получила, согласно Конституции, право провести своих кандидатов на посты спикера и премьер-министра, занять в стране правящее положение. Первая коалиция в начале ноября 2010 года была создана на базе трех, казалось бы, идейно близких партий: Социально-демократической, «Республики» и «Ата-Мекена». Однако в силу межпартийных распрей она не просуществовала и трех дней. Гибельным ударом для нее стал такой факт: при голосовании за кандидатуру спикера в парламенте «прокатили на вороных» лидера партии «Ата-Мекен» О. Текебаева.

Примечательно, что, как уже выше указывалось, именно он был идеологом и главным лоббистом кыргызского парламентаризма. А далее в поисках выхода из тупика начались почти двухнедельные закулисные вязкие переговоры Р. Отунбаевой с лидерами парламентских партий. В итоге у нее, похоже, не осталось иного варианта, как скрестить, образно выражаясь, «ужа и ежа». Место «Ата-Мекена» в новой коалиции заняла партия «Ата-Журт», до того выступавшая с яростной критикой своих партнеров по новой коалиции за пересмотр Конституции в пользу президентско-парламентской формы правления. Более того, ее лидер А. Келдибеков был убедительным большинством избран на пост спикера. На фоне других возможных кандидатур он действительно представляется наиболее обнадеживающей фигурой.

Премьер-министром республики стал, как и ожидалось, отунбаевская креатура социал-демократ А. Атамбаев. В бакиевские времена он уже был во главе правительства. В частности, ему еще предстоит отмываться перед соотечественниками за коллаборационизм того времени с Бакиевым. По состоянию на середину декабря 2010 года Р. Отунбаевой удалось, таким образом, «слепить» новую конфигурацию власти по задуманному парламентскому типу. Остается лишь вопрос: долговечной ли будет эта конфигурация?

Основные сомнения связаны со следующим: страной будет править коалиция, за которую на выборах отдали голоса только четверть избирателей. Вот так демократия! Политические разночтения между входящими в коалицию партиями, а также межличностные трения между их лидерами таковы, что надеяться на долговечность данной «тройки» было бы иллюзией. По всей видимости, будет также нарастать противостояние между правящей «тройкой» и «двойкой», оказавшейся в оппозиции. По сложившейся в республике традиции наша оппозиция обычно позиционирует себя как непримиримая, мало склонная к поиску компромиссов, мирных развязок и т. п. В политическом классе Кыргызстана ныне любимым занятием стала комбинаторика, то есть поиск возможных комбинаций из трех партий, которые в предстоящий период будут возникать в составе «пятерки» и попадать поочередно, как в калейдоскопе, на вершину властной пирамиды. При этом приверженность твердым принципам, когда речь идет о власти, многими признается второстепенной проблемой.

Нынешнее положение на политическом поле республики напоминает мне картину, описанную в широко известной басне И. Крылова о лебеде, раке и щуке. Они, как известно, довольно дружно «везти с поклажей воз взялись», но лебедь потянул в облака, рак попятился назад, а щука нырнула в воду. Так и у многих кыргызстанских политиков. Гиперболизированные властные амбиции, разновекторные интересы основных участников политического процесса в республике трудно привести к единому знаменателю. Сопряжение амбиций и интересов возможно лишь на основе твердых демократических убеждений. Однако их трудно найти у людей, построивших свою политическую карьеру на государственных переворотах и иных антиконституционных деяниях, прикрытых фальшивыми революционными лозунгами. Выход из подобного тупика возможен лишь в случае выдвижения на ведущие политические роли в республике новых фигур, свободных от сомнительного груза прошлого, показавших не только словами, но и реальными делами приверженность демократическому устройству национальной жизни. Нынешняя политическая элита препятствует их вхождению во власть. Но эта ситуация преходяща. Жизнь свое возьмет.

В парламентской республике во главе правительства обычно находится политический выдвиженец. Но в сложившихся в стране условиях это вовсе не должно приводить к полной политизации (партизации) состава правительства. Его формирование может (и должно!) осуществляться, по моему глубокому убеждению, преимущественно за счет профессионалов с наивысшим экспертным потенциалом из всех партий и общественных движений. Создание правительства «национального единения» способно в наших условиях обернуться спасительным кругом в случае изменения структуры парламентского большинства, обычно приводящего к коренной перетряске состава правительства.

Пришла пора отбросить на свалку истории революционную демагогию, заняться нормальным государственным строительством и возрождением экономики. «Уличной демократии», на волне которой выросли многие нынешние партийные и государственные руководители Кыргызстана, предстоит уйти в прошлое, если мы хотим выжить. Р. Отунбаева и другие лидеры республики в конце концов должны продемонстрировать способность решать ключевые проблемы государственной и политической жизни, вопросы повседневной жизни людей, используя общепринятые в цивилизованном мире формы работы в обществе, парламенте и в местных сообществах через систему территориального самоуправления, путем использование потенциала институтов гражданского общества и т. д. Настало время оппозиционным партиям и движениям отказаться от примитивизации своих акций с преимущественной опорой на лозунги типа «Кетсин!», заняться созидательными делами.

Если нынешняя власть в Кыргызстане относится к народу как к мощной силе, способной действовать осознанно и коллективно, а не как к темной человеческой массе, способной подобно зомби следовать на уличных демонстрациях за главарями, она должна предложить обществу общенациональную консолидирующую программу по выводу страны из кризиса, подъему всех сторон национальной жизни, вхождению страны вновь в стремнину международной жизни, как это было сделано на заре независимости. Разработка и принятие такой программы в сложившихся на сегодня условиях не менее важны, чем принятие Конституции. Почему бы не осуществить подобный общенациональный проект на основе широкого общественного обсуждения проекта программы и проведения референдума? Окупилось бы сторицей.

В конечном итоге если бы я был врачом, то нынешнюю ситуацию в республике оценил бы так. Пациент серьезно болен, но летального исхода можно избежать при правильном терпеливом лечении, создании вокруг него обстановки дружелюбия, при единстве действий всех, кто хотел бы поставить его на ноги.

Не поддаваться пессимизму, идти вперед…

Ни прибавляя, ни убавляя, нынешнее положение Кыргызстана нельзя не признать критическим. «Тюльпановые» революционеры изнасиловали страну в самой извращенной форме, поставили ее «на дыбы», по большевистски разрушили то, что было создано в первые четырнадцать постсоветских лет. Непрерывной чередой по улицам столицы и других городов республики прокатывались многотысячные протестные манифестации, от руки заказных киллеров погибли десятки народных депутатов и видных общественных деятелей, растаскивалась государственная казна, началось массовое бегство населения, рушилась экономика, росла бедность, стала насаждаться ханская система власти. Дело кончилось взрывом…

После апреля 2010 года Р. Отунбаева и сложившаяся вокруг нее группа выходцев из «тюльпанового» прошлого предпринимают чуть ли не отчаянные попытки вывести страну из хаоса, в возникновении которого в Ала-Тоо, как кыргызы порой называют свою землю, в немалой мере они сами виноваты. Сделанные новым кыргызским президентом в ходе саммита ОБСЕ в Астане 30 ноября заявления о достигнутой в стране стабильности и переломе к лучшему не соответствуют действительности, являясь либо самообманом, либо стремлением ввести наших партнеров по ОБСЕ в заблуждение, приукрасить действительность. Несмотря на самовосхваление нынешними правителями Кыргызстана своих действий по переводу республики на парламентские рельсы, остаются большие сомнения относительно самой возможности приживить эту систему на кыргызской политической и государственной почве. В конечном итоге, по моему убеждению, она будет народом отторгнута. При выстраивании обновленной системы необходимо в полной мере учесть весь наш многовековой непростой исторический опыт, в том числе и издержки, произошедшие в постсоветский период.

Как уже указывалось выше, Р. Отунбаева пустила в оборот выражение «Великое Кыргызское Кочевье». С одной стороны, похвально, что в попытках оправдать осуществленные «временщиками» радикальные решения она пытается опереться на исторические реалии. Было у нас и Великое кочевье, была и Кочевая демократия. Однако крупно ошибаются те, кто думает, что существовала кочевническая вольница. Времена были крутыми, условия жизни кочевников критически сложными. Это вынуждало в кочевнических сообществах придерживаться жесткой дисциплины, а порой – во времена агрессивных поползновений извне – вводить военизированный режим по принципу «каждый кыргыз – воин». Существовала властная иерархия, на вершине которой находился правитель, воля которого была законом. Принципы кочевой демократии, обусловленные потребностями выживания людей в суровых природных условиях, проводились в жизнь твердой рукой правителей, выдвигавшихся из числа наиболее мудрых, авторитетных и сильных личностей. Те, кто вчитывался в наш героический эпос «Манас», это хорошо ощутили. Пасторальные представления Р. Отунбаевой о кочевой жизни слишком далеки от реальности.

В попытке найти образное отражение модели государственной власти, которую – во всяком случае, на данном этапе исторического развития Кыргызстана – можно было бы в республике использовать, я вспоминаю русскую тройку. В течение веков она была символом российского духа: «тройка, птица-тройка, знать у бойкого народа ты могла только родиться…», –  писал Н. В. Гоголь. Что же меня привлекает в этом образе? В тройке есть два пристяжных коня, а в центре находится коренник. Они составляют неразрывное целое, тонко взаимодействуя друг с другом по ходу движения. Живая природа как бы показывает оптимальную схему организации государственной жизни: президент как коренник и два его равнозначных партнера по тройке – правительство и парламент. И Великое Кыргызское Кочевье, если объективно подходить к его анализу, подводит к мысли, что президентско-парламентская структура власти в условиях Кыргызстана как раз и является наиболее оптимальной при сохранении ключевой роли президента, в том числе как гаранта и охранителя Конституции. Все иные схемы, как говорится, «от лукавого».

Когда речь идет о ключевой роли парламента, нельзя не видеть, что в условиях существующей в республике внутренней неустойчивости его характер, коллективный, зачастую затяжной порядок принятия в нем решений неизбежно создают состояние размытости государственной власти, ее определенной отстраненности от текущих дел в стране. Персональная ответственность президента – непременный атрибут государственной власти в подавляющем большинстве стран мира. Подвожу к такому выводу: пересмотр нынешней редакции Конституции Кыргызстана представляется неизбежным. Только делать это надо на трезвую голову, без революционного шабаша и социальных потрясений, в последнее пятилетие ставших визитной карточкой страны.

Испытываю острую боль, когда приходится писать и говорить о трудном положении в родной республике, служению которой в качестве ученого и государственного деятеля отданы почти 40 лет моей жизни. Однако горькая правда более полезна для общества, чем сладкий демагогический обман. Вселяет веру в наше лучшее будущее другое. История кыргызской государственности насчитывает двадцать два века. Были в ней и катастрофические падения, и стремительные взлеты. Наш народ переживет и нынешний провал, истоки которого восходят к «тюльпановой» революции. Переживет прежде всего потому, что извлечет урок из пятилетнего бесславного бакиевского периода современной истории республики. Переживет издержки «временщиков». Выстоит и потому, что рядом с ним всегда был и остается российский народ, воспринимающий судьбу кыргызстанцев как свою собственную. Правители приходят и уходят, а народ остается. На это надежда.



[1] А. Акаев. Затаившаяся угроза: «цветные» революции не ушли в прошлое. – «Геополитика и безопасность». 2010. № 4(12).

[2] См.: А. Князев. Государственный переворот в Киргизстане 24 марта 2005 года. Алматы, Бишкек, 2005; Б. Акаева. Цветы зла. М., 2006; «Киргизский переворот: март–апрель 2005». М., 2005.

[3] «Выступление президента Р. Отунбаевой при открытии первой сессии V созыва Жогорку Кенеша». – Пресс-служба Президента КР (otmotkg@kenesh.kg).

[4] См. А. Акаев. Киргизстан: сбылись ли ожидания? – «Свободная мысль». 2010. № 2.

[5] См. Н. Верт. История Советского государства. М., 1994. С. 171.

[6] Л. Гумилев. Объединиться, чтобы не исчезнуть. – «Час пик». 1991. № 2.